Наверх
Выставки и мероприятия → 2016Леон Нисенбаум
Леон Гиршевич Нисенбаум
19 марта 2016 года в 14 часов состоится открытие выставки ленинградского художника Леона Нисенбаума из фондов Музея «Царскосельская коллекция».

Леон Гиршевич Нисенбаум родился в Ленинграде 13 марта 1925 года в семье инженера. В 1942 г. после окончания средней школы был призван в армию, направлен в минометное училище, эвакуированное в Барнаул. В 1945 г. художник возвратился в Ленинград и поступил в ЛВХПУ им. В.И. Мухиной на отделение монументально - декоративной живописи. После окончания училища работал в области прикладной графики (плакаты, конверты для грампластинок, оформление фирменной продукции ЛОМО и др.) и стал одним из авторитетнейших мастеров. Цветопластическое состояние выступало в его прикладной графике главным образным средством. Конверты из плотной бумаги сразу выделялись на выставках.

Одновременно художник занимался живописью. Однако она плохо вписывалась в официальные рамки. По мере развития авторской пластической системы цветовоздействующей сфере уделялось все больше внимания.

Область натюрморта активно разрабатывалась мастером с начала 70–х годов. И прежде всего художника интересовало взаимодействие формы и цвета. Как бы ни изменялась «тихая жизнь» на полотнах живописца за десятилетия: от тяжеловатых контрастов и «колючести» - к обобщению, прозрачности и просветленности палитры – она остается узнаваемо нисенбаумовской. Немногочисленность и простота предметов. Их порой гротесковая укрупненность, пренебрегающая выверенным фоном. «Бутылки», «Кувшины» или «Рыбки», привлекающие разнообразием однотипного… Художник предлагает зрителю восхититься тем, что рядом, увидеть близкое по-другому. А это значит, порой, увидеть впервые…

Живописец не стремится к созданию портрета – с его психологизмом и достоверностью образа. Лица, одежды персонажей, скупо отобранные аксессуары выразительно обобщены. Зритель ощущает опосредованный, иносказательный смысл вещи, требующий определенной символизации. В драматизме или, напротив, лирической просветленности, в связанности или некоторой взаимоотстраненности фигур, в равновесии или беспокойстве ритмов, в силе напряжения цветовой гаммы словно концентрируется или отражается, как в капле воды, наш мир – бесконечно изменчивый и сложный в своих проявлениях.

Пейзаж Нисенбаума, мгновенно узнаваемый в любой экспозиции, воспринимается «визитной карточкой» живописца. Подобно тому, как в теме материнства художник испытывает влияние русской иконы, пейзаж имеет свою точку отсчета. Подмосковные Бронницы предопределили его особую чуткость к спокойной прелести средней полосы. Пейзаж у этого художника столь же не «портретен», как и все остальное. Но, именно глядя на комковато-сырой туман, обволакивающий питерские здания, трамваи и светофоры, понимаешь ущербность рабски-адресного подхода. Один только упомянутый трамвай способен так много рассказать о любимом городе! Отдельно надо сказать о парковых пейзажах художника. Столкновение прозы и романтики, дисциплины и вольности. Они очень разные – парки Нисенбаума. Но практически каждое такое произведение способно заворожить какими-то воспоминаниями или предвкушениями. Каждое – своего рода витамин для иссушаемой городскими ритмами души.

Первое путешествие художника в Святую Землю в начале 90-х годов не могло не отразиться на творчестве. Не торопя событий, нащупывал он связь с этой непривычной землей, красноватой в плодородных долинах и сказочно-разнообразной в пустынях. Потом уже, по возвращении в родной город, стало прорастать в душе художника желание осмыслить связь времен. Эти работы – словно иллюстрации древней рукописи или чудом сохранившиеся фрески, повествующие о тех годах, когда вера была тверда, а связь времен не прерывалась.

И напоследок несколько штрихов о личности художника. Такого труженика надо было поискать! С раннего утра в мастерской. «Что Вы делаете завтра?» - «Как что? Работаю. Что же еще делать?» - неизменно отвечал Нисенбаум. Выходя на пенсию художник был счастлив. Лишь теперь он мог отдаваться любимому делу полностью. Он никогда не суетился, не бегал, не подделывал свое искусство ни под «актуальное», ни под «традиционное». Всю жизнь – словами А.П. Чехова – «уважал в себе талант». И не уставал с его помощью рассказывать людям о том, как прекрасен мир.

Умер 25 октября 2000 г. в Санкт - Петербурге.



⚹ Текст содержит фрагменты статьи Александра Симуни «Возвращения мастера».









Натюрморт с бутылкой. 1996.
Холст, масло. 49 х 34,5


Дерево у реки. 1997.
Холст, масло. 50 х 40.


Трамвай.
Бумага, пастель. 13,4 х 20,2.


Пейзаж с домом. 1995.
Картон, масло. 16 х 24.


Трамвай. 1997.
Холст, масло. 100,5 х 69,5.


Трамвай светлый. 1999.
Холст, масло. 72,8 х 60.


Трамвай.
Бумага, пастель.10,5 х 14,8.