16 мая «Царскосельская коллекция» принимает участие в акции «Ночь музеев – 2026». В эту «Ночь музеев» единство народов предстанет как единство искусства — многогранного и сочетающего в себе национальные традиции.
В 18:00 и 19:00 в Каминном зале музея пройдет открытие выставки, посвященной художественной вселенной Сергея Параджанова, гипнотическая кино-речь которого построена на живописных метафорах и символических цветах. Каждый сеанс будет сопровождаться вводным рассказом методиста музея Никиты Касатонова о творчестве режиссера-художника и мастер-классом по горячей эмали «Цвет граната».

Билеты на официальном сайте акции: Билеты

Выставка будет открыта для посещения по входным билетам музея с 17 по 31 мая 2026 года.


«Сергей Иосифович Параджанов - великий кинорежиссер-художник. Человек с очень сложной судьбой и образным миром, сосредоточенным в одном из самых живописно-экспрессивных фильмов на национальную тематику, «Цвете граната». Тбилисский армянин, он обрел режиссерское призвание в московском ВГИКе и стал, как и Андрей Тарковский, с которым у него была духовная связь, одним из наиболее выдающихся авторов кино на всемирной арене, связанных с русской культурой. Но, помимо чисто творческих задач, его художественная воля столкнулась с жесткой государственной системой, которой его экстравертный, праздничный нрав противоречил. К счастью, у нас есть возможность посмотреть нецензурированную версию его opus magnum, которое в оригинале называется не «Цвет граната», а «Саят-Нова» (по имени великого классического армянского поэта, конгениальным которому был Параджанов и благодаря которому смог полно раскрыть свой дар). Эта версия была недавно восстановлена. Тем не менее, знакомясь ближе с текстовым наследием гения, видишь надрыв, который произошел после лагеря с человеком моцартианского таланта и нескончаемой щедрости. Он является примером богатства человеческого духа даже в самые тяжкие времена и противостоит таким недостаткам человеческой природы, как косность, шаблонность мышления и малодушие. Его коллажи, достигшие особенной изобретательности и трогательности в годы неповинного заключения, как и его фильмы, продолжают его экспрессивную натуру. Есть такая категория людей – «человек-праздник», и Сергей Параджанов – режиссер-праздник, художник-праздник, возрожденческий тип творческого собеседника, в котором несомненно нуждается современный зритель, и наше мероприятие – повод к нему обратиться.
Национальный орнамент, костюм, песня, танец оказываются наиболее прямым способом выражения страсти. Если проводить параллель с собранием «Царскосельской коллекции», я бы сказал, что наиболее точно эстетике Параджанова со своим красным, экспрессивным цветом отвечают его младшие ленинградские современники, художники Арефьевского круга, но он лишен классической петербургской выучки, и это делает его чувствительней к «взрывному» характеру этнических тем. Открытость, бескорыстие, творческая отдача – то, что кажется нам особенно близким и важным для демонстрации зрителю. Национальное, бездонно проявленное в нашей стране, показывает, что в чувстве родства со своими корнями бесконечно разные по происхождению люди похожи. Так, правдиво выраженное кавказское начало в образе Саят-Новы может заставить задуматься зрителя о том, откуда он сам, какова его идентичность и как он мог бы использовать этот ресурс в своем творческом общении с миром. Надо также помнить, что подобное переживание, а на самом деле первоначальное обращение к истокам, было движущей силой художника Михаила Ларионова и художественного авангарда в целом, чье продолжение представлено в нашем музее. Тема Родины неисчерпаема для визуальности, способствует обновлению живописного языка и, как это ни рискованно звучит в современном мире, способна открывать целые пласты творческих возможностей.
«Цвет граната» представляет феномен нашей цивилизации, для которого «нет ни эллина, ни иудея», христианство, чья открытость когда-то послужила мощному культурному общению и объединила связанные им национальности. Евангельские сюжеты в начале фильма и образ книжности, транслирующей весть разным народам, показывают особенности пластического языка и мировосприятия армян, заставляя нас задуматься и понять, со сколькими народами объединена Россия разными религиями, а христианство сближает принявшую православие Русь с апостольской Арменией. Шелест книг, лежащих на крыше храма рядом с маленьким поэтом, делает церковь явственно благовествующей «о будущем веке».
Подобно тому, как в концепции нашего музея – живопись в ее генеалогической чистоте, существуют теории кино, в которых фильм отграничивается от произведений других видов искусств, что характерно для уже упомянутого Тарковского (Тарковский наследует в этом Роберу Брессону, который, сам будучи художником, считал, что фильм кардинально отличен от полотна). Но тем и дорог нам Параджанов, что в его изобразительности доминирует работа с пластическим языком, композицией, формой и цветом, в которой сцена уподобляется холсту, а герои на нем – игра видимых отношений. Не следуя идее отдельности кино как вида искусства, Параджанов не только, как краской, рисует по экрану в начале произведения «кровью» граната, но и помещает в череду кадров образ своего режиссерского метода, когда красильщики на наших глазах красят ткани последовательно в синий, розовый и красный, как будто смешивая оттенки. Он показывает суть своей «творческой кухни»: «Я не просто буду рисовать на экране, это будут делать герои, малюя его будто с другой стороны». Параджанов также честно показывает «темную», архаичную, хтоническую и «оттеняющую христианский прогресс» сторону: в Армении в архитектуре храма уделялось место отводу жертвенной крови. Это тоже показано в фильме – режиссер настаивает на изобразительной, «лишенной смакования» черте визуального искусства, в основе которого – правда. Живописно безукоризненные цветовые решения Параджанова и жизнь, отображенная им в своей полноте, – то, чем бы мы хотели бы одарить посетителя этой экспозиции.
Наша инсталляция метафорически осмысляет художественный мир Сергея Параджанова, сосредоточенный в главном его шедевре, фильме «Саят-Нова» или, как у нас его стали называть, «Цвет граната». Мы неспроста создали на ней атмосферу таинства, требующего включения фонариков ваших телефонов при просмотре. Это своего рода святилище, средствами других произведений искусства возведенное вселенной армянского гения. В центре инсталляции – проекция из отрывков «Саят-Новы», сквозь которую можно проходить, как бы становясь частью параджановского мира. Вообще, это и есть цель выставки. Параджанов – не просто один из авторов, он своего рода антропологическая черта homo sapiens, противостоящая косности безбрежной волной вдохновения, творческой щедрости и нетривиальности. И наша задача – погрузить зрителя в этот праздник и склонить к созидательному соучастию в нем.
Мы задействовали наследие фонда музея, чтобы показать, что «параджановское» можно встретить в очень отдалённых друг от друга явлениях искусства. Проекцией, коврами, картинами, мозаиками, фотографиями мы пытаемся воссоздать атмосферу чуда, ауру режиссера и художника. Центром экспозиции является панно памяти Сергея Параджанова петербургской театральной художницы, друга нашего героя, Марины Азизян. Особыми акцентами обладают сотканный в период молодости режиссера тбилисский ковер 1948 года и тюбетейки. Оба явления экспозиции объединены послевоенным временем, когда множество русских детей вернулись в европейскую часть России из эвакуации с юго-востока, привезя красочные тюбетейки. Этот мир материальной бедности и богатства творческой фантазии середины века во многом – основа художественного сознания Параджанова. На выставке присутствуют замечательные работы петербургской художницы Ии Кирилловой, гитара и грузинские мотивы Александра и Ольги Флоренских соответственно. Дыханием всё выставочное пространство наполняют драгоценные ручные изделия Маши Гадаловой. Также на выставке можно рассмотреть легендарные снимки Юрия Мечитова, раскрывающие образ Параджанова, самого по себе обладающего перформативностью. Мы бы хотели, чтобы увиденное вызывало у наших гостей живые эмоции и повлияло на творческое собеседование с миром».

Никита Касатонов, методист по музейно-образовательной деятельности.