6 июня в 15:00 в Каминном зале открывается персональная выставка петербургского художника Ларисы Голубевой.

Все мы давно знаем искусствоведа Ларису Скобкину (Голубеву), легендарного куратора ЦВЗ «Манеж», которая на протяжении двадцати лет бессменно вела один из самых замечательных его проектов – «Петербург», ежегодно собиравший весь цвет художественной культуры нашего города. Лариса Голубева – творческий псевдоним Скобкиной-художника, сформировавшейся в среде своей деятельности – среде художественной культуры Ленинграда. Определяющей в ее становлении как живописца стала поддержка «сидлинца» Анатолия Басина, а ее широчайшая эрудиция и знание современного искусства помогли ей проложить собственный путь и раскрыть особый, ни на кого не похожий мир. В этом мире сохраняются язык и пластика примитива, изначальная чистота самого выражения, родственные ее «героям» ленинградской культуры – Владимиру Шинкареву, Геннадию Устюгову. В то же время отточенность и отбор средств позволяют Ларисе Голубевой найти свой ключ, создать свой неповторимый образ, к чему бы она ни прикасалась. «Я в своих работах – я высказываюсь», – говорит Голубева.
«Царскосельская коллекция» не в первый раз обращается к творчеству Ларисы Голубевой, ее произведения находятся в собрании музея. На выставке будут представлены живописные работы разных лет из коллекции автора.

«Лариса Скобкина – имя для Петербурга пластических искусств знаковое, в нынешней художественной ситуации системообразующее. Между тем, именно живопись считает Лариса самым большим своим счастьем, выпавшим в жизни. <…>
В самое глухое и голодное для многих, особенно союзовских, привычных к патронажу государства, художников время социального хаоса и растерянности – в 1993 году – Лариса Скобкина придумала выставку, <…> ставшую художественным брендом города – “Петербург”… Принцип выставки прост: один художник – одна работа, причем работа свежая, только что ушедшего года (открытие всегда приурочено к Рождеству). Жанровая принадлежность неважна, принимается все: от живописи до объектов и от монументальной скульптуры до текстиля. По мнению куратора, только такой, по сути дела, тотальный охват может дать максимально приближенный к реальности срез художественной ситуации в городе. <…>
Но что удивительно: сама она – как художник – ни легкодоступными видеоинсталляциями, ни легко изобретаемыми объектами не занимается, сразу ступив <…> на тернистый путь традиционной фигуративной живописи и достигнув на этом пути серьезного международного признания. <…> Художник Лариса Голубева работает в разных жанрах – здесь и городской (а порой – подчеркнуто архитектурный) пейзаж, и портрет, и жанровые сцены. Сюжеты как бы просты и безыскусны, но композиция сцеплена намертво, а работа цвета всегда напряженна и изысканна. Этому она училась не только у всей мировой живописи, включая любимого современника – “митька” В. Шинкарева, но – конкретно – и у петербургско-израильского художника А. Басина, ученика знаменитого О. Сидлина, который как-то выдал ей загрунтованный холст, кисти и краски со строгим: “Пиши!”. <…>
Лариса Голубева – тонкий живописец, с поразительным упорством возвращающий живописи ее экзистенциально-видовые свойства. Цвет на ее полотнах, являя собой основу формообразования, не только любим и изыскан – он в полной мере без каких-либо дополнительных и вспомогательных функций становится и сюжетом и драматическим содержанием картины. Легкая вибрация цвета, уловленная мастером в его зыбкости и едва ощутимых переходах и градациях, дает широчайшие возможности для фиксации как природных состояний, так и состояний человеческого сознания, восприятия мира в его целокупности, когда немудреный пейзаж (а Лариса любит городские, принципиально фрагментные, виды – кусок двора, часть реки) заставляет вспомнить о категориях пространства и времени. О микромире и о макромире, о мгновенном и вечном. Особо хочется отметить ее живописную смелость, всегда заканчивающуюся победой, в работе с таким непростым белым цветом: сгармонизированные отношения ни в коей мере не обедняют палитру, напротив, создают удивительно полнокровную цветовую картину, точную в своей строгости.
Впрочем, и “густые” темные работы с их гудящим шевелением живописных масс не оставляют, как это часто бывает с полотнами подобного рода, тяжелого гнетущего впечатления. В их композиционной сфокусированности (а это тоже “фирменная марка” Голубевой) непременно присутствует внутренняя динамичность, освобождающая картину от, казалось бы, заданной тоновой застылости. Живопись Голубевой, что для нынешних времен редкость, – живая. Чуткая и ко времени, и к погоде, и к зрителю...».

Елена Елагина. Из статьи «Петербургский Манеж эпохи Ларисы Скобкиной (портрет куратора к пятнадцатилетию выставки “Петербург”)».